laozi

Ярослав Гашек (Jaroslav Hasek) 1883—1923

Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны (Osudy dobreho vojaka Svejka za svetove valky) Роман (1921—1923, неоконч.)

Швейк, в прошлом солдат 91-го пехотного полка, признанный медицинской комиссией идиотом, живет тем, что торгует собаками, которым сочиняет фальшивые родословные. Однажды от служанки он слышит об убийстве эрцгерцога Фердинанда и с этим знанием идет в трактир «У чаши», где уже сидит тайный агент Бретшнейдер, который провоцирует всех на антиправительственные высказывания, а потом обвиняет в государственной измене. Швейк всячески увиливает от прямых ответов на его вопросы, но Бретшнейдер все же ловит его на том, что в связи с убийством эрцгерцога Швейк предсказывает войну. Швейка вместе с трактирщиком Паливцем (который позволил себе сказать, что висящий у него на стене портрет императора засижен мухами) тащат в полицейский участок, откуда они попадают в тюрьму. Там сидит множество их собратьев по несчастью, попавших в тюрьму за в общем-то безобидные высказывания.
557

На следующий день Швейк предстает перед судебной экспертизой, и врачи признают его полным идиотом, после чего Швейк попадает в сумасшедший дом, где его, напротив, признают вполне нормальным и прогоняют прочь — без обеда. Швейк начинает скандалить и в результате попадает в полицейский комиссариат, откуда его вновь отправляют в полицейское управление. Когда он под конвоем идет туда, то видит толпу перед высочайшим манифестом об объявлении войны и начинает выкрикивать лозунги во славу государя императора. В полицейском управлении его уговаривают признаться, что его кто-то толкнул на такие издевательские действия, но Швейк уверяет, что в нем говорил истинный патриотизм. Не в силах выдержать чистого и невинного взгляда Швейка, полицейский чиновник отпускает его домой.
По дороге Швейк заходит в трактир «У чаши», где от хозяйки узнает, что ее мужу, трактирщику Паливцу, дали десять лет за государственную измену. К Швейку подсаживается Бретшнейдер, получивший задание поближе сойтись с ним на почве торговли собаками. В результате агент покупает у Швейка целую свору самых жалких ублюдков, не имеющих ничего общего с обозначенной в их паспортах породой, но так и не может ничего выведать. Когда у сыщика появляется семь чудовищ, он запирается с ними в комнате и не дает им ничего жрать до тех пор, пока они не сжирают его самого.
Вскоре Швейку приходит повестка идти на войну, но в этот момент у него как раз приступ ревматизма, поэтому он едет на призывной пункт в инвалидной коляске. Газеты пишут об этом, как о проявлении патриотизма, но врачи признают его симулянтом и отправляют в больничный барак при гарнизонной тюрьме, где пытаются сделать годными к военной службе тех, кто по причине слабого здоровья к ней абсолютно не годен. Их подвергают там суровым пыткам: морят голодом, заворачивают в мокрую простыню, ставят клистир и т. д. Во время пребывания Швейка в лазарете его посещает баронесса фон Боценгейм, которая из газет узнала о патриотическом подвиге «der brave Soldat». Обитатели барака быстро расправляются со снедью, принесенной баронессой, но главврач Грюнштейн воспринимает это как свидетельство их полного здоровья и отправляет всех на фронт. Швейк же за пререкания с медкомиссией попадает в гарнизонную тюрьму.
Там сидят те, кто совершил незначительные преступления, чтобы избежать отправки на фронт, те, кто успел на фронте провороваться,
558

а также солдаты — за преступления чисто воинского характера. Особую группу составляют политические заключенные, большей частью ни в чем не повинные.
Единственным развлечением в тюрьме служит посещение тюремной церкви, службы в которой проводит фельдкурат Отто Кац, крещеный еврей, известный своими попойками и пристрастием к женскому полу. Он перемежает проповедь бранными словами и богохульствами, но растроганный Швейк вдруг начинает рыдать, чем привлекает внимание фельдкурата. Тот ходатайствует за Швейка перед знакомым следователем, и Швейк попадает к нему в денщики. Они живут душа в душу, Швейк неоднократно выручает фельдкурата, но тем не менее через некоторое время Отто Кац проигрывает Швейка в карты поручику Аукашу, типичному кадровому офицеру, не боящемуся начальства и заботящемуся о солдатах.
. . .

6. Для целей настоящей Концепции используются следующие основные понятия:

а) угроза общественной безопасности – прямая или косвенная возможность нанесения ущерба правам и свободам человека и гражданина, материальным и духовным ценностям общества;

ИЗ "Концепция общественной безопасности в Российской Федерации"

Наконец-то Путин сподобился, подписал стратегический документ, до того отвергнув и Стратегию-2020 и РАН с Глазьевым.
Читаем, а когда глядим за окно, через интернет, плачем.
Отец народов дал себе в руце краеугольный камень, наконец-то, которым он проломит башку любому.
Исходя из п.6 пп а) он теперь может всё.
И судейским, которые невиновных политзаключенных на нары содют, и прочим запросто и даже самолично.
И тем кто чувства верующих - запросто.
Документец нарисовался покруче конституции, ту при путинизме даже как пипифакс не используют, хоть можно спросить у Эдика Лимонова.

А это вышла бумага более общая.
И гарант уж ею распорядится.
От нее как от печки затанцуют все, от центробанка и министерств, до институтов и школ.
Теперь любого, кто вякнет, можно как Швейка и в мокрые простыни на мороз и под клистиры.
Потому, что теперь это мандат и только один решала остался в стране и его заплечнодельные мастера. Они решают - "угроза - не угроза".
Вякал если кто не как указано вертикалью, - это значит страшно угрожал общественной безопасности.
Писал угрожающие посты в ЖЖ? О. Угроза.
Если незначительная - в дурдом, если разжигающе-подстатейная, нары.
Суды и лубянка готовы?
В общем надо поглядеть в местных прессах, не началось ли массовое обновление лагерей по стране.
В общем наикрутейше проложился фюрер для этих самых "закручиваний гаек".
И документец - чистейшая загадка, витиеватая сеть оксюморонов.
Неплохо бы в трудовых коллективах собирать и азиатских мигрантов и студентов-школьников и заучивать всем из него цитаты.
Ещё чуть чуть развернуть и выйдет вот это.